Главная » ПСИХОЛОГИЯ » Трансформация феминности в мужском мифе.

Трансформация феминности в мужском мифе.

С благодарностью моим пациентам мужчинам — с отвагой идущим навстречу своим глубинам и оказавшим мне доверие сопровождать их .

В этой статье я попытаюсь раскрыть динамику отношений с внутренней феминностью (женственностью) в ходе развития западной культуры и провести параллели с индивидуальным развитием мальчика-юноши-мужчины; а также то, как это отражается на отношениях с реальной женщиной.

Моё сопоставление культурно-исторического и индивидуального не претендует на полноту соответствия, скорее, я пытаюсь взглянуть на историю через призму мужской индивидуации, прекрасно понимая, что все упоминаемые мной культурные явления сложны и включают великое множество других феноменов, рассмотрение которых выходит за рамки темы этой статьи.

Поскольку в основе статьи -текст доклада, адресованного коллегам, изложение предполагает, что читатель знаком с основными идеями психоаналитической теории и аналитической (юнгианской) психологии, такими как: бессознательное, защитные механизмы, теория психосексуального развития, архетипы, индивидуация, коллективное бессознательное.

Матриархальный миф.

В начале жизни жизни человек растворён сперва в матери, а затем — в окружающем мире, большей часть которого для него является мать. Речь, конечно же, о внутриутробном и младенческом периодах.

В культуре этому состоянию соответствует матриархальный миф, преобладающий в первобытном обществе. Яркий пример тому — культура африканских племен масаев. На вопрос о религиозных верованиях они отвечают так: «У нас нет религии. Мы верим в силы природы.» Их бог — природа, бог женского рода. Природа — всемогущая идеализируемая мать. Человек — покорен ей и беспомощен перед её силой. Он может её о чем-то просить, надеяться на её милость. Их праздники и ритуалы приурочены к природным циклам: началу весны, призыванию дождя, осени и т. д. Свою землю люди Африки называют «Мама Африка», а к женщинам обращаются: «мама». Эта «мама» может быть доброй, дающей, милосердной, а может быть свирепой, страшной. Человек в матриархальном мифе не борется с ужасной матерью, он еще слишком мал и слаб. Беспомощен перед ней. Он либо спасается от нее, либо старается умилостивить её, угодить,тем самым заслужив пощады. Подобный паттерн хорошо прослеживается в фольклоре племенных народов.

На этой фазе ещё не произошло нормального расщепления, материнский образ представляет из себя конгломерат прекрасных, добрых и разрушительно-опасных характеристик. Отношение к нему характеризуется зависимостью, проецируемой грандиозностью, идеализацией.

На индивидуальном уровне эта матриархальная установка выражается в сохранении детской привязанности к матери, к партнерше, зависимости от неё, страхе перед женщиной и желании угождать,идеализации женщин. Это холостой мужчина, живущий с пожилой мамой, мужчина, покорный и послушный своей жене, не умеющий отстаивать свои интересы в отношениях, подчиняющийся,пассивный.

 Начало сепарации.

Постепенно человек всё больше присваивает себе своё могущество, ранее целиком проецируемое вовне — на природу. Развиваются орудия, технологии, которые создаёт человек — своими руками и умом. Человек этот в основном — мужского пола) Теперь он уже всё меньше чувствует себя зависимым от природы и всё больше осознаёт собственную генеративность, способность создавать что-то,независимое от матери-природы. Предпринимаются попытки воздействовать на природу, управлять стихией.

Начало сепарации от матери — начало сепарации человека от природы.

Постепенно человек всё больше присваивает себе своё могущество, ранее целиком проецируемое вовне — на природу. Развиваются орудия, технологии, которые создаёт человек — своими руками и умом. Человек этот в основном — мужского пола) Теперь он уже всё меньше чувствует себя зависимым от природы и всё больше осознаёт собственную генеративность, способность создавать что-то, независимое от матери-природы. Предпринимаются попытки воздействовать на природу, управлять стихией.

Этот сюжет  отражён в античном мифе о Геракле.

На подвиги Геракл отправился в поисках спасения от безумия, насылаемого на него Герой — богиней-женщиной. В психоанализе есть такое понятие как симбиотический психоз (М.Малер) — это психотическое расстройство, характеризующееся "полной и исключительной зависимостью от матери". * То состояние психики, когда человек "застрял" в симбиотической фазе детско-материнских отношений и расплачивается за это безумием.

Геракл противостотт природе и хтоническим феминным существам, которые символически выражают влечение к связи с матерью, с которым борется мальчик, и влечение к блаженному слиянию с природой-матерью, с которым борется человечество в борьбе за автономию своего Я.

Феминность на этой стадии амбивалентна. Она по-прежнему желанна и пленительна, добра, она питающая, дарующая (Деметра). Но вместе с тем и опасна (Сирены). Растёт потребность противостоять ей, преодолеть зависимость и стать автономным.

На индивидуальном уровне появляется отец, который помогает отделиться от материи для мальчика представляет собой образец его мужской идентичности. Это эдипальный период в индивидуальном развитии. Любовь и привязанность к матери сохраняется. Ещё нет полномасштабной борьбы с ней, сепарация пока только частичная. 

 Мужчина, застрявший на этом уровне — мужчина в поиске мужской идентичности. Дон Жуан, соблазняющий и соблазняющийся сам и бросающий покоренных им женщин,  как бы утверждая таким образом свою победу над ними и свою маскулинность. Близость с женщиной пугает так же, как инцест, на женщину проецируется материнский образ. Мачо, нарочито подчёркивающий свою мужественность и независимость, отрицающий потребность в теплых близких отношениях — та же борьба с зависимостью от матери и поиск мужественного образа, который, при его внутреннем дефиците, подменяется суррогатом, слепленным из культурных представлений об идеальном мужчине.

 Охота на ведьм и изгнание тёмной феминности. Патриархальный миф.

В историко-культурном разрезе этот период соответсвует приходу и расцвету христианства, которое провозгласило победу мужского принципа над женским.От поклонения матери-земли, постепенно  развившегося в пантеон разнополых богов, религия пришла к единому богу — мужского рода. У бога рождается сын (тоже мальчик) посредством смертной женщины (не богини). 

С того времени, как в культуре преобладает патрирхальный миф, женское расщепляется на полярные ипостаси:  прекрасная мадонна и ведьма. Происходит это от страха перед «неуправляемой» и угрожающей маскулинной установке дикой феминностью. Доминирует героический солярный миф, лунарный миф уходит в тень. Феминное, чувственное, иррациональное должно быть под контролем, подчинено сознательности, ясности, рацио. Поэтому все аспекты женского, противоречащие солярным ценностям, отщепляются и изгоняются в тень. Там они обретают, будучи изолированными от сознания, автономию и действуют бессознательно. В этом смысле показателен миф о Гекате. Когда-то она была одной из трех лунный богинь, владела искусством целительства и ворожбы. Затем была изгнана и превратилась в страшную старуху, имеющую пугающий вид и демонический характер. Но, если в античности, к ней ещё относились с трепетом и уважением, то в эпоху средневековья расщепление достигло своего апогея,и теневая феминность, спроецированная на «ведьм» стала подвергаться яростной атаке. Отсутвие дифференциации между внутренним и внешним и проекция внуреннего конфликта на реальных женщин привели к трагическим последствиям в европейском обществе  — инквизиции, «охоте на ведьм».

Эта охота нашла своё отражение и в сказках. Маленьких мальчиков ведьмы едят (баба Яга и Иванушка),маленькие мальчики беспомощны перед ней. Взрослый герой убивает ведьму , которая угрожает ему или целому народу, получает награду, и на этом сказка заканчивается.  Это прочный архетипический сюжет, который принято рассматривать как часть героического индивидуационного пути.

 Легенда о Лилит.

Лилит — первая жена Адама, согласно иудейской мифологии. Создана богом из то же глины, что и Адам, равной ему. Легенда гласит, что Лилит отказалась подчиняться Адаму и, произнеся непроизносимое имя бога, обрела крылья и улетела из Эдема к красному морю, где стала сожительствовать с демонами, и рожала по несколько сотен демонических существ каждый день. Бог посылал к ней трёх ангелов, чтобы вернуть её, но она отказалась. С тех пор Лилит вошла в коллективный миф, как обиженная, мстящая Адаму и Еве и их детям, ведьма,соблазняющая спящих мужчин и убивающая новорожденных.

Вот что мы встречаемо ней у Гёте:

 

Фауст: Кто там?

Мефистофель: Лилит.

Фауст: На мой вопрос, пожалуйста, ответь мне прямо. Кто?

Мефистофель: Первая жена Адама.

Весь туалет её из кос.

Остерегись её волос.

Она не одного подростка

Сгубила этою причёской.

 

 

Лилит — сексуально заряженный образ. Она не хороша и не плоха, символически она выражает вышедшую из-под сознательного контроля и репрессии теневую феминность, содержащую в себе мощную сексуальность. Ту самую, которая "сносит башню" и лишает разума — того, чем так дорожит патриархальное сознание. Это иррациональная чувственность, принесенная в жертву рациональности и логике мужского мира.

На индивидуальном уровне такое положение дел соответсвует подростковому периоду, когда подросток вновь переживает эдипальные влечения, но теперь они становятся действительно  опасны, т.к. живут в уже взрослом теле. Он борется со своим влечением, отделяется, «убивает» мать как объект желания. Встаёт на путь героя — идёт в мир, от дома, от матери, от сладкого союза — в социум, чтобы там утвердить своё я, свою маскулинность. Образ матери матери (и женственности) расщепляется. На одном полюсе матринский образ представлен святой мадонной. Отщепленная сексуальная составляющая превращается в страшную ведьму, опасную, как само инцестуозное желание. 

Феминность берётся под тотальный контроль, в основе которого — сильный страх.

На индивидуальном уровне этот миф воплощает мужчина с жёсткой патриархальной установкой. Он может быть сильным, преуспевающим в социальных и интеллектуальных достижениях. Но также властным и доминирующим в отношениях, стремящимся подчинить женщину, отвести ей «прикладную» роль. Мужчина, обесценивающий женщин и собственную женственность, отрицающий слабость, уязвимость, существование иррационального, отрезанный от мира чувств.  "Настоящий мужик" — в смысле культивирования  в себе сугубо маскулинного и отщепления феминного. Это типичный образ мужского поведения для запалного общества последних нескольких сотен лет. И сегодня такая властная установка далеко не всегда и всеми оценивается критически. Она характерна для большинства традиционных обществ.  Сейчас она переживает кризис, и таким мужчинам тяжелее всего принять феминность, стремящуюся занять свое место в общественной и внутренне жизни.

Роль зависти и беспомощности.

До сих пор я говорила о страхе, но невозможно не заметить присутствующей во всём этом зависти. Подобно зависти к пенису у девочек, у мальчиков существует симметричное чувство — зависть к матке или к вагине(Карен Хорни). Зависть к способности рождать жизнь. Невыносимая зависть сопровождается ненавистью и желанием разрушить недоступное сокровище. Обесценивание — одна из форм разрушения.

Легенда о Лилит даёт нам некоторые указания на то, в каком месте эта зависть вышла из-под контроля, разрослась и стала деструктивной. Зависть преодолевается тогда, когда есть возможность получить желаемое, обладать им в какой-то мере. Но то ли Адам был слишком жаден, то ли Лилит слишком горда, но первому мужчине на земле было отказано в доступе к сокровищам феминности. Лилит покинула его. (Сама она тоже лишилась досупа к сокровищам маскулинности, и, возможно, первой почувствовала зависть к пенису). Чтобы помочь Адаму справиться с завистью, бог заменяет Лилит на подконтрольную Еву. 

Некоторые психоаналитики (Винникот, Шассге-Смиржель) говорят о первичной беспомощности как основе для формирования фаллических защит.

Шассге-Смиржель:

"Мужчина и женщина рождены женщиной: 
мы все, прежде всего, дети нашей матери. 
Однако все наши желания как будто предназначены 
для отрицания этого факта, столь 
наполненного конфликтами и воспоминаниями о 
нашей примитивной зависимости. 
Миф из Книги Бытия, похоже, выражает это желание, 
желание освободить себя от матери: 
мужчина рожден Богом, идеализированной отцовской фигурой, 
проекцией утраченного всемогущества. 
Женщина рождена из мужского тела. 

Это также предусматривает определенное решение для женщины, 
так как она также дочь своей матери: 
она предпочитает принадлежать мужчине, 
быть созданной для него, а не для себя, 
быть частью его — ребром Адама — 
а не продолжать свою "привязанность" к матери".

Винникот:

«И для мужчины, и для женщины трудно согласиться с тем, что они были зависимы от женщины; однако, при достижении полной зрелости личности, ненависть к этому должна трансформироваться в благодарность".

 

 Эгалитарный миф и новые образы феминности.

На смену охоте на ведьм постепенно приходит эгалитарный миф.

В конце концов человек (не только мужчина, этот процесс коснулся и женщин, веками отщеплявших свою природную часть и в конце концов перенявших маскулинные ценности) оказался настолько отрезанным от феминного, настолько односторонним в своей солярной маскулинной установке, что его душевная жизнь оскудела. Он покорил мир, развил технологии, утвердил своё Я.  Но такая односторонность привела к страданию. Человек всё больше оказывается отрезанным от тела, от чувств, от своей душевной жизни. Юнг говорил о необходимости возвращения феминного в нашу культуру. Эта потребность сейчас очень остра.

Страх и борьба существуют, пока существует проблема сепарации. Успешная сепарация означает завершение борьбы, крепкое эго, готовое к интеграции феминности с её теневыми чертами без риска слияния и поглощения ею. В инфантильных отношениях на партнёра/ партнёршу проецируется родительский образ, в зрелых — анимус/ анима. Расставшись с матерь, со своим страхом перед ней, мужчина готов к встрече с реальной женщиной. Готов к отношениям с ней без потребности в подчинении ей и её опеке или, напротив, в подавлении и контроле над нею. 

 Только встретившись с феминной тенью, мужчина может получить доступ к и к созидательной стороне женственности, получать и пользоваться её дарами. (Не путать с использовать). Взрослое масулинное эго, обладая чертами героя, может выстоять перед разрушительной стороной женственности. 

На коллективном уровне эгалитарный миф представлен в сказках, где герой, пройдя ведьмины испытания, обретает аниму-невесту. Такова, к примеру, русские сказки.  Теневая феминность в русских сказках представлена в образе бабы Яги. Она также изгнана из сознания (мира людей), также имеет устрашающий вид и представляется опасной, но при этом почитается. Это теневой персонаж, к которому Герой  за помощью. Справившись с испытанием , он получает от Бабы Яги подарок, который помогает ему найти (спасти) девушку (аниму).  Это путь от архетипической матери к аниме (женской составляющей мужской психики)

Что происходит с завистью? Она преодолевается через осознание и признание собственной маскулинной генеративности , равно как и женская зависть к пенсу преодолевается через осознание феминной генеративности (что затруднено при патриархальной обесценивающей установке). Тогда возможен союз с взаимным уважением и восхищением с одной стороны, и с самоуважением и ощущением присущей своему гендеру ценности с другой.

 

 

 ____________________

* Райкрофт Ч. Критичсекий словарь психоанализа -СПб.: Восточно-Европейский Инстиут Психоанализа, 1995

 Литература.

1.Сказки и мифы папуасов Киваи (из собрания Ландмана). 

2. Народные русские сказки А.Н. Афанасьева. 

3. Карен Хорни. Женская психология.

4. Дж. Холлис. Под тенью Сатурна.

5. И.В. Гёте. Фауст.

6. Ж. Шассге-Смиржель. Всемогущая мать.

7. Д.В. Винникот. Семья и развитие личности. Мать и дитя.

8. К.Г. Юнг. Собрание сочинений.

9. Дж.Санфорд. Невидимые партнёры.

10. Э. Нойманн. Страх феминного.

11. Э. Фромм. Искусство любить.

 

Источник

Оставить комментарий